Редактирование: Колокольниковы. Биографические данные.

==  Евгений Михайлович Колокольников (18.09.1910-04.05.1989 гг.)  ==
Биографические данные Художника, основателя высотного альпинизма в Казахстане, Заслуженного мастера спорта СССР. (Подготовил Александр Колокольников).  

'''Колокольников Евгений Михайлович''' родился 18 сентября 1910 г., в г. Верном, Семиреченской губернии Трудовую деятельность начал рано - с 11 лет. В дальнейшем получил образование топографа и художника оформителя. Спортивная деятельность началась с вступления в 1930 году в спортивное общество «Динамо», в котором числился до конца. Спортивное призвание - альпинизм. Организовал первую спортивную секцию альпинизма в Казахстанском ДСО «Динамо». Совершил более 20 первовосхождении на вершины в Заилийском Алатау. Принимал участие в создании первых казахстанских альпинистских лагерей - «Металлург», «Металлург Востока» в ущелье Средний Талгар и «Альпийская Роза» в ущелье Левый Талгар. В 1935 г. организовал первую казахстанскую экспедицию в Центральный Тянь-Шань, для разведки путей восхождения на высшую точку Казахстана, пик Хан-Тенгри (6995 м.). С этого момента начался высотный альпинизм в Казахстане. В 1936 г. организовал экспедицию и успешно совершил восхождение на пик Хан-Тенгри, став первым казахстанским альпинистом высотником и вторым покорителем этой вершины в истории советского альпинизма. Основатель высотного альпинизма в Казахстане.

В 1936 г. организовал «Республиканский клуб альпинистов и туристов».

В 1939 г. избран руководителем республиканской секции альпинизма.

В 1941 г. стал первым мастером спорта СССР в Казахстане.

В 1941 г. ушел на фронт в составе Панфиловской дивизии. В 1942 г. переведен на Кавказ, на курсы «Выстрел», преподавателем по подготовке горных стрелков Закавказского фронта. Окончил войну в 1945 г. в г. Прага.

С 1946 по 1956 г. избирался председателем республиканской секции альпинизма и членом президиума Всесоюзной секции. С 1947 по 1949 г. - депутат Исполкома г. Алма-Аты.

В 1949 г. организовал и руководил экспедицией в Центральный Тянь-Шань с целью покорения пика Победа (7439 м.).

В 1953 г. руководил экспедицией в Центральный Тянь-Шань организованной для покорения пика Мраморная Стена (6400 м.). Это было первовосхождение на вершину казахстанских альпинистов.

В 1954 г. руководил экспедицией совершившей второе успешное казахстанское восхождение на пик Хан-Тенгри.

В 1954 г. присвоено звание Заслуженного мастера спорта СССР.

В 1955 г. организовал и руководил экспедицией на пик Победа в Центральном Тянь-Шане.

С 1958 по 1965 г. и с 1972 по 1983 избирался Президентом федерации альпинизма Казахстана, а также избирался членом Президиума федерации альпинизма СССР. В дальнейшем был почетным Президентом федерации альпинизма Казахстана.

В 1963 принят в «Ассоциацию шерпов в Гималаях»
.
С 1975 по 1980 - Председатель Республиканского совета всесоюзного комплекса ГТО. Автор пятиступенчатого значка ГТО.

1946, 1947, 1954 г. Главный художник спортивных делегаций Казахстана на Всесоюзных спортивных праздниках физкультура в г. Москве.

С 1950 по 1983 г принимал участие в постановках спортивных выступлений, спортивных праздников на стадионах в качестве сценариста, Главного художника, Художественного руководителя.

Как художник-оформитель был разработчиком спортивной символики, спортивной формы сборных Казахстана участвовавших в Спартакиадах народов СССР.
Автор нагрудных знаков:

«Заслуженный тренер Каз. ССР», пик «Хан-Тенгри», пик «Талгар», пик «Комсомола», Всесоюзный комплекс ГТО.

Автор Медалей, Почетных грамот, вымпелов Верховного совета Каз. ССР, Спартакиад народов Казахстана.

Автор более ста спортивных значков и символики, в том числе комплекса «Медео», ДСО «Жастар», альпинистского лагеря Талгар, Республиканского клуба альпинистов и туристов, матчей по боксу «Казахстан -США» и др.

В 1982 г. принимал участие в подготовке первой советской экспедиции на п. Джомолунгма.

За свою военную и трудовую деятельность награжден 3 орденами, 6 медалями.

За спортивную деятельность награжден знаками «Отличник физической культуры СССР» (1949, 1973 г), более сотни Почетных грамот, дипломов, свидетельств, в том числе Верховного совета Каз. ССР и ЦК ВЛКСМ.   mountain.ru 

'''Альпинисты Северной Столицы (Подготовил Александр Колокольников)'''
'''Колокольников Евгений Михайлович (1910-1989)''' – Алма-Ата. Родился в г. Верный (Алма-Ата), где жил постоянно. По профессии – топограф и художник. В 30-е гг. тщательно собирал данные о географии высокогорных районов Заилийского Алатау (верховья рек Средний и Левый Талгар, Малая Алмаатинка). К 1941 составил и опубликовал географическую схему этого района, которая содержала все имеющиеся к тому времени данные и явилась незаменимым пособием для альпинистов, посещавших этот район. Как художник занимался оформлением физкультурных праздников и парадов, создавал спортивные значки и жетоны. Автор всесоюзного значка ГТО (1975) и более 100  различного рода наградных медалей, жетонов, значков, почетных грамот. В течение 5 лет был председателем республиканского совета ГТО. Избирался депутатом Алмаатинского городского Совета (1947-1949 гг). Спортивная деятельность началась с вступления в 1930 году в спортивное общество «Динамо», в котором числился до конца. Спортивное призвание – альпинизм. Организовал первую спортивную секцию альпинизма в Казахстанском ДСО «Динамо». Совершил более 20 первовосхождений на вершины в Заилийском Алатау. Принимал участие в создании первых казахстанских альпинистских лагерей – «Металлург», «Металлург Востока» в ущелье Средний Талгар и «Альпийская Роза» в ущелье Левый Талгар. Его спортивно-альпинистская деятельность протекала в горах Заилийского Алатау и Центрального Тянь-Шаня, где он открыл много новых маршрутов. Известен как один из первых организаторов альпинизма в Казахстане. Инициатор и основатель высотного альпинизма в республике. МС СССР – 1941.  Основные восхождения: 1933 – Мало-Алмаатинский пик (п. Комсомола), рук.; 1936 – Хан-Тенгри рук., второе советское восхождение по западному гребню; 1936 – пв, на п. Динамовец, 1936 – пв., первый траверс с запада п. Динамовец - пв. п. Джамалактау; 1937 пв; первый траверс вершин Чекист-Саланова; пв на п. Джамбул, рук.; (1937) первый траверс Караульчитау, рук.; 1939 – первый маршрут (по С ребру) на Юбилейную; 1940 – первый маршрут (траверс с запада) на п. ГТО и безымянную вершину, в дальнейшем (1944) названную пик В. Колокольникова; 1936 – не пройденный маршрут (по сев склону.) на Актау. В течение многих лет работал старшим инструктором в альпинистских лагерях и школах, подготовил более тысячи значкистов, разрядников, инструкторов. В годы войны сражался в составе легендарной 8-й Гвардейской Панфиловской дивизии под Москвой, был помощником командира взвода разведчиков, затем заместителем начальника оперативного отдела  штаба дивизии, как разведчик работал непосредственно с генералом И. Панфиловым. В 1942 был отозван на Кавказ, на курсы по подготовке горных стрелков (школа «Выстрел») созданной специально для обороны Кавказа, где был командиром батальона (в Бакуриани). В составе 18 армии принимал участие в подготовке и в операции в Карпатах. Закончил войну в Праге в чине капитана. Награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Москвы», «За победу над Германией». Организовал и провел ряд научно-спортивных экспедиций в Центральном Тянь-Шане, в том числе две экспедиции (1935 и 1936) в район Хан-Тенгри. Вторым в Казахстане удостоен звания Заслуженного мастера спорта (1954). Был членом президиума Федераций альпинизма КазССР и СССР, в течение 28 лет был председателем Федерации альпинизма КазССР. В 1963 принят в «Ассоциацию шерпов в Гималаях». Последнее восхождение совершил 1 мая 1967 на пик Комсомола в составе массовой альпиниады в честь 40 летия советской власти.  Принимал участие в подготовке первой советской экспедиции на п. Эверест (1982). За спортивную и организационную деятельность дважды удостоен звания «Отличник физической культуры СССР». Опубликовал ряд статей по альпинизму в периодической печати. Автор раздела «От пика Комсомола до Эвереста» в книге «Восхождение на Эверест» (Алма-Ата: Казахстан, 1984) и статьи «Биография Хан-Тенгри» в ПВ, 1975-1978. Именем Евгения Колокольникова, до 1994 г , назывался Казахстанский республиканский клуб альпинистов в Алма-Ате. (Подготовил Александр Колокольников).

'''КГУ "Государственный Архив города Алматы"  Главный эксперт КГУ ГА г.Алматы Л.Данник'''
17 сентябрь 2020 г. 
'''ЛЮДИ И СУДЬБЫ. ЕВГЕНИЙ МИХАЙЛОВИЧ КОЛОКОЛЬНИКОВ'''
(К 110 – летию со дня рождения) 

Евгений Михайлович Колокольников – человек яркой, удивительной судьбы. Личность Колокольникова неординарна, интересна и значительна. Он при жизни стал легендой. О нем писали газеты, снимали фильмы. Это был человек сильной воли, глубокого ума и широкой эрудиции. Его имя прочно вошло в историю союзного и Казахстанского спорта.
Колокольников Е.М. – художник, альпинист (основатель высотного альпинизма в Казахстне), первый Казахстанский мастер спорта СССР, председатель Федерации альпинизма Казахской ССР и член президиума Федерации альпинизма СССР (1956 – 1965 гг.), председатель Республиканского Совета ГТО (1975 – 1980гг), главный художник ВДНХ Казахской ССР (1961г.), герой Казахстанской книги рекордов КИНЭС – 2001 (раздел Туризм). 

За спортивные достижения награжден знаками - «Ветеран общества Динамо» и «Отличник физической культуры СССР, имеет более ста почетных грамот, дипломов, свидетельств.

Евгений Михайлович родился 18 сентября 1910 года в городе Верном, Семиреченской губернии. Получил образование топографа и художника - оформителя. 
Спортивная деятельность началась с вступления в 1930 году в спортивное общество «Динамо», в котором числился всю жизнь. Спортивное призвание - альпинизм. Организовал первую спортивную секцию альпинизма в Казахстанском ДСО «Динамо». Совершил более 20 первовосхождений на вершины в Заилийском Алатау. В 1935 году организовал первую казахстанскую экспедицию в Центральный Тянь-Шань для разведки путей восхождения на высшую точку Казахстана, пик Хан-Тенгри (6995 метров). Так было положено начало высотного альпинизма в Казахстане.

В 1936 году организовал экспедицию и с группой альпинистов успешно совершил восхождение на пик Хан-Тенгри, став первым казахстанским альпинистом высотником. Воля, настойчивость, хорошая физическая подготовка помогли альпинистам покорить вершину. В этом же году организовал «Республиканский клуб альпинистов и туристов», в 1939 - возглавил республиканскую секцию альпинизма. 
В жизни Евгения Колокольникова было много других вершин, но самой главной, самой нужной и желанной навсегда осталась первая, с которой все началось.
Была в биографии Евгения Михайловича особая строка – военная.

В 1941 году весь третий курс Алматинского художественого училища им. Н.В.Гоголя, где учился и преподавал Евгений Колокольников, ушел добровольно на фронт. 

Он прошел всю войну от Москвы до Праги. Сражался в составе легендарной 8-й гвардейской Панфиловской дивизии, в Закавказье, на 4-м Украинском фронте. В 1944 году занимался подготовкой войск 18-й армии для выполнения боевых действий в Карпатах. 
За подвиги в боях с немецко-фашистскими оккупантами Колокольников награжден орденами Красной звезды, Отечественной войны II степени, знаком «Гвардия» и почетным знаком «Ветеран 16-11 Гвардейской армии»; медалями «За оборону Москвы», «За победу над Германией», «За оборону Кавказа» и многими юбилейными медалями.

После войны Евгений Михайлович не расстался с альпинизмом. С 1950 по 1960 год Евгений Колокольников проводит ряд высокогорных экспедиций.
Он участвовал в подготовке первой советской экспедиции на Эверест – главную вершину планеты. Грозная Джомолунгма была покорена. 

Имя Евгения Михайловича Колокольникова занесено в книгу Географического общества Великобритании. Он обладатель почетного знака Ассоциации гималайских шерпов, который вручил ему знаменитый «тигр снегов», первый покоритель Эвереста Норгей Тенсинг, посетивший нашу страну в 1963 году. 
Евгения Михайловича Колокольникова в основном знают как знаменитого альпиниста, ветерана Панфиловской дивизии, хотя по образованию он профессиональный художник. 
Им, как главным художником-оформителем, разрабатывались сценарии выступлений физкультурной делегации КазССР на Всесоюзном параде физкультурников 1947 года в городе Москве, сценарии и эскизы  оформления спортивно-художественных праздников в Москве и Алма-Ате; открытие XIII Всесоюзной Спартакиады в Алма-Ате в 1974 году и многое другое.                                           

Евгений Михайлович разработчик-дизайнер спортивной формы сборных команд Казахстана. Автор нагрудных знаков: «Заслуженный тренер Каз.ССР», «Пик Хан - Тенгри», «Пик «Талгар», «Пик Комсомола» «Всесоюзный комплекс ГТО», памятного знака «250 лет Академии наук  СССР», нагрудного памятного знака и настольной медали в честь 60-летия Казахской ССР; автор медалей: в честь 20-летия и 25-летия освоения целины, и многих других. Кроме этого им разработаны эскизы почетных грамот, вымпелов Верховного Совета Каз.ССР и более ста спортивных значков.
Отдельную жизненную страницу художника занимает увлечение акварельной живописью. Картины Колокольникова: «Березовая аллея», «Ботанический сад», «Большой Алматинский пик», «Река Инылчек. Урочище Чонташ», «Бутаковское ущелье», «Вид с Кок-Тюбе», «Солёные озёра около Чилика», «Большое Алматинское озеро». Пишет Колокольников и портреты: автопортрет, портрет жены, сыновей, друга и другие.

Талантливый человек – талантлив многогранно. Еще с юности Евгений увлекался литературой и его замечательные повести, рассказы, эссе, стихи и даже дневниковые записи представляют собой большой интерес для читателя. В его литературных произведениях нашли отражение все события его жизни: его наблюдения, его мысли, его мечты и фантазии. Состав его творческих работ очень разнообразен. Это дневники и дневниковые записи, рассказы: «Детство», «Будни войны», «Исповедь», «Пропавшие без вести», «Боевая карта комдива», «Кошмарная ночь на Весновке», «Встречи», «Шаги к сотворению мира».  Т.Кем - творческий псевдоним Е.М. Колокольникова, под которым написаны многие рассказы: «Патриарх всея альпинизма», «Иссык-Кульский корень», «Легенда о грозном повелителе духов», «Записки из двадцатого века»; «Романс фа минор». В соавторстве с 
А.Н. Марьяшевым написана книга «Там над облаками».

Евгений Михайлович Колокольников никогда не разделял спорт, профессиональную, общественную деятельность и творчество. Эта замечательная черта его характера позволила ему - Персональному пенсионеру Республиканского значения с 1970 года, продолжить заниматься любимым делом вплоть до ухода из жизни в 1989 году.

Документы Евгения Михайловича Колокольникова первоначально поступили в Государственный архив города Алматы в 2005 году в качестве дара от его дочери Л.Е. Колокольниковой. После проведения 100-летнего юбилея со дня рождения Евгения Михайловича, его сын Александр Евгеньевич, изъявил желание пополнить фонд своего отца и с 2010 года трижды был осуществлен дополнительный прием документов на государственное хранение. 

Документы большого по объему и содержанию фонда Евгения Михайловича Колокольникова являются ценными историческими источниками, дополняющими и обогащающими Национальный Архивный Фонд Республики Казахстан.
'''Главный эксперт КГУ ГА г.Алматы Л.Данник'''
'''Вспоминает Андрей Михайлов. Mk-Kz. «Онер»: ненаписанная книга о Евгении Колокольникове — первом казахстанце на Хан-Тенгри'''.
Записки свежеиспеченного ветерана казахстанской журналистики. Часть 45-я
[[Файл:Колокольников_фото_Михайлова.jpg|600px|thumb|left|Евгений Михайлович Колокольников в последние годы жизни. Фотография Андрея Михайлова.]]
Увы, познакомился я с Колокольниковым слишком поздно. Был он в то время уже слепым и больным, инфаркты равнодушно полосовали его беспокойное сердце, долгие пребывания в больнице чередовались с мучительными выкарабкиваниями из костлявых лап и тщетными попытками вернуться к прежнему. Он всю свою жизнь был сильным человеком и не мог жить по-другому.

Понимая, что осталось немного, Колокольников не желал смириться и боролся с упорством, достойным восхищения. В минуты облегчения наговаривал на магнитофон воспоминания, печатал на машинке (вслепую!) «новеллы» по мотивам пережитого, приводил при помощи ближних в порядок свой уникальный архив. В один из таких моментов он и предложил мне написать книгу о его жизни. Я согласился, и мы начали работу. Начало это совпало с очередным ухудшением. Очередным и последним...

В те времена он несколько раз произносил выверенную и выстраданную фразу: «Когда здоровый играет больного — это комедия. Когда здоровый здорового — драма. Когда больной здорового — трагедия. В последнее время мне страшно надоело играть. Не люблю, чтобы меня жалели. Человека не надо жалеть. Беречь надо, а жалеть нет...».

'''Казачьи гены'''

Однако, несмотря ни на что, мы продолжали встречаться и работать. Я приходил к нему домой (они с супругой жили в небольшой квартирке на Космонавтов) или в больничную палату (он лечился в Совминовке) и доставал блокнот. Он говорил, а я слушал. И оба мы при этом испытывали благодарность друг к другу.

Первым по времени воспоминанием, запечатлевшимся в его цепкой памяти, стала взорванная отцом на Рождество хлопушка. И еще сочная зелень, в которой утопали горные «хутора», пьянящие запахи скошенных трав, густой гуд трудолюбивой пасеки. Тогда ему было года три-четыре, жили они в станице Софийской (ныне Талгар) в большом и просторном доме деда — станичного атамана Осипа Игнатьевича Козьмина (дровяного короля Верного).

Из той досоветской жизни осталось в памяти немногое. Но то, что запомнилось, застряло навсегда. К примеру, джигитовка казаков, которые летели на полном скаку с шашкой на «лозу», с пикой на «соломенную голову», скакали стоя на двух лошадях. Или стрельба на празднике. Или бутерброд с колбасой, который снаряжала ему матушка, аромат ее заполнял всю классную комнату и напрягал сотоварищей. Это уже когда в 1916-м пошел в школу. Не забылась и та строгая суровость, в которой воспитывали детей казаки: если и баловали, то вниманием, но не послаблениями в работе, к которой приучали сызмальства.

А потом та, прежняя, жизнь кончилась, неожиданно и сразу, и началась новая, иная, непохожая и непредсказуемая. Дед, прихватив нажитое золотишко, бежал в Синьцзян — там и сгинул. Отца к тому времени уже не было, и у матери на руках их осталось шестеро. Но эта удивительная женщина (закончившая верненскую женскую гимназию в одно время с обучавшимся рядом, в мужской, Михаилом Фрунзе) в те аховые времена, когда большевики ликвидировали приюты, привела в дом еще шестерых. И безропотно пошла работать, чтобы как-то прокормить всю эту ораву.

Евгений Михайлович считал, что все лучшее, что было в нем заложено, появилось благодаря матери. До последних ее дней, а прожила Анна Иосифовна почти 90 лет, она оставалась для него лучшим другом и первым советчиком.

Революция сломала веками складывающийся быт, разбросала семьи. Новая власть переиначила судьбы. Но она же дала выжившим шансы, которые вряд ли могла предоставить прежняя.

Новая жизнь принесла осознание того, что прежним — слабеньким и болезненным — ребенком в ней долго не протянешь. Так Колокольников пришел в спорт. Рос он мальчиком болезненным и хлипким. Но с характером. Это помогло выжить.

В 1920 году мама работала кассиром в цирке. В то время в Верном (который еще только становился Алма-Атой) выступали акробаты Сосины, «итальянцы». Цирк гастролировал в городе постоянно где-то на месте нынешней поликлиники на улице Гоголя, у Городского сада (ныне Парк имени 28 гвардейцев-панфиловцев), а когда его поломали, циркачи раскинули шапито на базаре.

Братья Сосины почитались мастерами высокого класса. К примеру, Александр делал сальто через взвод солдат с обнаженными клинками или через двух слонов. (Слоны жили тут же, во дворе цирка, но после, по слухам, подохли по дороге в Семипалатинск.) Кроме того, оба брата были по совместительству еще и клоунами — традиционными Рыжим и Белым. Они-то и обучили Евгения кое-чему из цирковой акробатики — крутить сальто он выучился так мастерски, что сам выходил на арену, а иногда пользовался этим, чтобы заработать у любопытных солдат кусок хлеба.

Специальная гимнастика за два года позволила ему не только нагнать своих сверстником в росте-силе, но и выйти вперед. Волейбол, футбол (в отсутствие настоящих играли мячами из бычьих пузырей), лапта, баскетбол — таковы были игровые увлечения подростков 1920-х годов. Все это не миновало и Колокольникова.

Но болезни продолжали преследовать. В 17 лет врачи определили туберкулез. И вновь, как он думал, спасли упражнения и тренировки. Так что корни его преклонения перед возможностями физкультуры понять несложно. Именно ее он считал основой высоких достижений в спорте, иллюстрируя все собственной жизнью. Напомню, что имя Е.М. Колокольникова находится среди имен первых мастеров спорта и первых заслуженных мастеров спорта в Казахстане.

Спорт не только позволил уцелеть в ту пору, когда одна эпидемия привычно сменяла другую, равнодушно собирая жертвы и сиротя семьи, но и дал возможность совершить то, что определило во многом всю его дальнейшую жизнь. Потому, пропустив большой кусок биографии Евгения Михайловича, когда он был и пастухом, и строителем Турксиба, и землекопом, и землемером, и топографом, и пограничником, переместимся в год 1936-й, принесший ему всесоюзную известность.

В то время как наши прославленные асы Чкалов, Молоков, Леваневский, Коккинаки били рекорды высоты и дальности полетов, а в Испании бои с фашистами шли рядом с Мадридом, в то время как газеты промокали от гневной слюны трудящихся по поводу «предательства троцкистско-зиновьевского центра», а в Алма-Ате началась прокладка первой трамвайной линии, в то самое время Евгений Колокольников с товарищами приближался к цели, которая будоражила его несколько предыдущих лет, — к вершине легендарной горы Хан-Тенгри.

'''Хан-Тенгри'''

Если попытаться изобразить судьбу Колокольникова математически, то полученная кривая будет напоминать кардиограмму аритмически бьющегося сердца. Вереница взлетов и падений являлась обычной деталью его биографии. А вернее — череда вершин и пропастей, такая терминология подходит для характеристики его жизни куда больше. Ведь большинство знает Евгения Колокольникова как прославленного альпиниста, первого казахстанского «высотника», которому еще в 1936 году удалось покорить легендарную вершину ХанТенгри, имеющего на счету многочисленные «открытия» (первые восхождения) новых вершин Тянь-Шаня, руководство десятками высокогорных походов.

Позже, когда экспедиция Колокольникова 1936 года займет свое место в сборниках достижений советского альпинизма, о ней напишут: «Восхождение группы Колокольникова было первым крупным восхождением молодых альпинистских кадров. Опыта у участников группы было мало, организация восхождения оказалась недостаточно продуманной. Ухудшение погоды во время спуска грозило бы катастрофой. Но наряду с этим восхождение дало много ценного для дальнейшего совершенствования советской высотной тактики».

История покорения Хан-Тенгри — цепь драм и трагедий. В каждом успешном восхождении на нее есть и элемент случайности. И гибель уже в новые времена одного из сильнейших казахстанских альпинистов своей эпохи «гималайца» Валерия Хрищатого — лишнее тому подтверждение. Хан-Тенгри не признает регалий.

Во времена же, когда эту вершину штурмовали Колокольников и его товарищи, кроме как на веру в свои силы и оптимизм надеяться было не на что. Чего стоило одно снаряжение, с которым ходили они тогда, оно разнится с нынешним так же, как одежда пещерного человека с моделями от Диор.

Лучший знаток истории казахстанского альпинизма Эдуард Грудзинский, еще одна легенда нашего альпинизма, прямо писал: «Мало кто верил в 1936 году в успех дерзкой попытки плохо снаряженной группы Евгения Колокольникова покорить «Властелина неба». После многих дней нечеловеческой борьбы из одиннадцати, пришедших к подножию пика, трое смельчаков — Евгений Колокольников, Иван Тютюнников и Леонид Кибардин — вступили на высоту 6995 метров, став пионерами высотного альпинизма в Казахстане».

В числе тех, кто верил, конечно же, был сам Евгений Колокольников. Это уже после, в зрелости, он осознал степень удачи и фарта в состоятельности их бесшабашной попытки. А тогда...

Мы беседовали с ним в больнице, куда он регулярно попадал с очередным инфарктом (шестым, седьмым и т.д.) Или у него дома, где между больницами он упорно продолжал наговаривать на магнитофон фрагменты своих воспоминаний, рассказы о прошлом (в последние годы он почти совсем ослеп и писать не мог). И видя, как, сопротивляясь неминуемой гибели, борется со смертью этот могучий старик, думалось, что самая смерть — достойное продолжение его жизни.

Разговоры эти, о чем бы ни велись, каждый раз возвращались к главной вершине жизни прославленного альпиниста. Пику Хан-Тенгри. Большая фотография этой горы висела в комнате Евгения Михайловича среди его собственных работ. Он ведь, кроме всего, был еще и художником...

'''Восхождение на Луну'''

Хан-Тенгри 1936 года стала для альпиниста Колокольникова вершиной вершин. И не только потому, что пик был покорен его экспедицией второй раз в истории, но и потому, что восхождение это, по всем меркам грозившее закончиться плачевно, завершилось благополучно, чем зажгло зеленый свет для всех последовавших высотных экспедиций казахстанцев. Если полистать республиканские газеты того времени, то будет видно, что популярность Колокольникова была очень высокой. Поход на Хан-Тенгри освещался так, словно это был первый полет на Луну.

Впрочем, в те годы мало что разнило Луну и Центральный Тянь-Шань. Достаточно вспомнить, что Хан-Тенгри тогда все еще занимал неоспоримое лидерство среди тянь-шаньских гигантов. Именно он в те годы считался макушкой Небесных Гор. Еще неизвестный и неназванный в то время пик Победы хотя и маячил в отдалении, был окутан клубами тумана.

Покорение и открытие были почти синонимами. Колокольников и шел открывать — спорт и высокие достижения при всем к ним уважении оставались для него материей вторичной. Себя в ту пору он считал в первую очередь профессиональным военным топографом. Искателем и романтиком, взращенным книгами Семенова-ТянШанского, Пржевальского, Козлова. Потому и шел к вершине не за славой, шел посмотреть, что там, за ней. Карта района все еще представляла собой лишь местами закрашенное белое пятно...

Единственной экспедицией, которой покорилась эта гигантская мраморная пирамида, была украинская экспедиция М.Т. Погребецкого, предпринятая в 1931 году. После этого пять лет никто не дерзал тревожить грозное спокойствие Властелина духов.

Книга, о которой мы много говорили с Колокольниковым, так и не появилась. Он умер, не договорив многого. Однако эпизод с Хан-Тенгри вошел в текст издания «От Алатау до Эвереста», к работе над которым я неожиданно подключился в издательстве «Онер». Книга появилась в конце 1988 года очень небольшим для тех времен тиражом в 14 300 экземпляров и тут же стала «библиографической редкостью». Выпущенная для «широких масс», она, однако, целиком разошлась между своими — альпинистами, туристами, любителями гор.

Осознавая значение восхождения 1936 года для истории всего казахстанского альпинизма, я постарался рассказать о нем подробно. Поэтому хочу привести пространную ссылку из своего текста книги «От Алатау до Эвереста»: «25 июля 1936 года экспедиция, в состав которой входили альпинисты Масленников, Проценко, Бекметов, Гангаев, Рахимов, Саланов, Камолов, Кузнецов, Тютюнников, Кибардин и руководитель Е. Колокольников, отправилась из Алма-Аты. В то время путешествие начиналось сразу же за порогом родного дома, подходы, путь до того места, откуда начинается штурм самой вершины, на который современные альпинисты тратят считаные часы полета в вертолете, тогда занимали долгие недели и были иногда по сложности ненамного легче самого восхождения. Сразу же прекращалась и связь с внешним миром. Радиосвязь пришла в альпинизм позднее.

Обязательным элементом снаряжения тех, кто отправлялся в Центральный Тянь-Шань, являлось личное оружие — встреча с недобитыми басмачами, пробирающимися тайными тропами из Синьцзяна, была делом вполне возможным. Но трудностей и опасностей хватало и без того. Белые пятна никогда не закрашивались сами по себе. Ломающая даже самых сильных горная болезнь, колоссальные температурные перепады, срывающиеся в пропасть лошади, срывы и падения самих участников — всего этого экспедиция вкусила достаточно.

На вершину поднялись самые подготовленные на тот момент: Е. Колокольников, И. Тютюнников и Л. Кибардин. Это произошло 24 августа в 2 часа дня. Оттуда они пытались просигналить о своей победе с помощью дымовой шашки, но непогода не позволила сделать этого. Самое же сложное началось потом, на спуске, когда вершина была покорена, и на это ушли все силы — и моральные, и физические, а впереди предстоял еще долгий изнурительный путь по глубокому снегу. Измученный горной болезнью Кибардин сломался окончательно, потерял веру в возвращение, начал навязчиво считать себя лишней обузой для товарищей. Кончилось тем, что, сорвавшись на крутом льду, он сдернул идущего следом Колокольникова. Благо Тютюнников чудом успел закрепиться и сумел задержать падение всех. Что ж, в этом-то и есть несложная философия альпинистской связки: либо всем спастись, либо рухнуть в пропасть, но тоже всем.

...Ну а когда казалось, что сил не осталось вовсе, они увидели пробивающихся к ним навстречу, по пояс в снегу, товарищей Рахимова, Камолова и Проценко. Пять долгих дней ребята ждали возвращения штурмовой группы, сидели в крохотной, продуваемой насквозь ледяными ветрами палатке на высоте 6000 метров. Ни у одного из них не мелькнула мысль о спуске. Они знали, что ушедшие к вершине делают ставку на них. Победа над Хан-Тенгри подняла казахстанский альпинизм на новый уровень, его узнали, о нем заговорили...».

Однако восхождение казахстанцев не закончилось хеппи-эндом. По крайней мере для Колокольникова.

Случилось так, что в тот же год, но десятью днями позже, на Хан-Тенгри взошла еще и группа Виталия Абалакова. Однако на спуске с вершины Абалакова постигла неудача, в результате которой погиб человек. Колокольников возглавил тогда один из спасательных отрядов.

А добравшись до Москвы, Абалаков первым делом обвинил Колокольникова в том, что он, дескать, вовсе не был на вершине: победа придуманная. Начались разбирательства. Точки над i расставило лишь личное вмешательство Крыленко, который ведал не только советской юстицией, но и советским альпинизмом. Благо оказался рядом и Погребецкий — первый покоритель легендарного пика. Он и помог восстановить истину.

Но торжествовать и наслаждаться триумфом долго не пришлось. Не позволили. Следующий донос (время-то было самым благоприятным) написал всегдашний завистник — тоже известный альпинист, но так высоко не забиравшийся. Сам Евгений Михайлович фамилию этого «партнера» знал, но мне по крайней мере никогда не называл.

Об аресте друзья предупредили его накануне. И вчерашнему триумфатору пришлось уйти в тень, затаиться на время.

А потом была война. И уж Колокольников по тылам не отсиживался. Служил у знаменитого генерала Панфилова. Что такое «силовая разведка», когда под смертельным огнем своих же нужно пробраться во вражеские окопы и вырвать оттуда врага, он знал не понаслышке...

'''Знак ГТО на груди у него'''

Евгений Михайлович Колокольников. Трудно назвать область деятельности, где бы он не оставил след. Ну как, например, пропустить такой факт: знаменитый альпинист, несколько десятилетий возглавлявший Федерацию альпинизма в Казахстане, отмеченный среди первых мастеров спорта и заслуженных мастеров спорта в республике, стоял еще и у истоков алма-атинского художественного училища? Когда в 37-м ему пришлось искать новое занятие, он поступил в институт культуры и стал художником.

Писал много, особенно горы. Но свои картины не любил и не ценил. Дорожил лишь тем состоянием, которое испытывал при работе над ними.

Талантливым живописцем он себя никогда не считал, но с удовольствием работал оформителем. Оформлял павильоны на выставках достижений нашего хозяйства в Алма-Ате и Москве. А помните те значки ГТО, которые в былые времена все мы «зарабатывали» и носили на своих пиджаках? Они были сделаны по эскизу Колокольникова...

Последнее время, отойдя от всех дел, он много размышлял и анализировал происходящее. Человек, стоявший у истоков казахстанского альпинизма, он не признавал нового духа своего любимого спорта.

— Мы проглядели то поколение, которое пришло в альпинизм за нами. Это не альпинисты. Карьеризм, честолюбие, корысть, обогащение за счет спорта, — вот их черты. Утратился самый смысл фразы «связанные одной веревкой». Наверное, это вина нашего поколения. Мы выиграли войну физически, вынесли на себе все ее тяготы. Но мы проиграли морально самим себе.

А незадолго до смерти Евгений Михайлович признался:

— Я прожил насыщенную жизнь, но, кажется, так и не сумел найти себя в ней...

Я тогда не смог расшифровать смысла этой фразы, показавшейся мне какой-то нелепой применительно к его яркой и многогранной жизни. Человеческой жизни. С массой взлетов и трагедий, радостей и горестей, триумфов и нестыковок.

Что он хотел этим сказать?

Книга о Колокольникове так и осталась ненаписанной. А «От Алатау до Эвереста» вышла за несколько месяцев до его ухода. Кстати, один экземпляр свежевыпеченной книжицы я успел подарить Евгению Михайловичу в больнице. Читать он уже не мог (был практически незряч), но текст знал, я читал ему гранки. Ведь он и был главным моим консультантом. Нежно погладив глянец обложки, он сказал:

— Поздравляю, это большое дело. Вас теперь будут цитировать долгие годы.

И оказался прав, но лишь отчасти. Книгу действительно цитируют. Хотя еще больше просто выдергивают фрагменты и используют анонимно. Я не в обиде. '''Андрей Михайлов'''.

 Колокольников  Евгений Михайлович (1910-1989) – Алма-Ата. Семья: 
 Колокольников 	Виктор Михайлович брат, погиб ВОВ.
 Колокольникова	Любовь Евгеньевна дочь, 1938-2016.
 Колокольников	Адиль Евгеньевич сын,
 Колокольников   Юрий Евгеньевич сын, 28 лет. Погиб п.Хан-Тенгри 07.05.1968, 1941-11.08.1969.
 Колокольников	Александр Евгеньевич сын, 6.04.1948 - 11.04.2017.