С миру по френду. Короткие истории

Материал из Альпинисты Казахстана
Перейти к навигации Перейти к поиску

Сад вершин[править]

Юрий Визбор, 1978 год.

Мы входим в горы, словно входим в сад:
Его верха в цветенье белоснежном,
Его стволы отвесны и безбрежны,
И ледники, как лепестки, висят.
В саду вершин растут свои плоды,
Они трудом и дружбой достаются,
И те плоды нигде не продаются,
Поскольку их названия горды.
Мы женщин не пускаем в этот сад,
Поэтому не пахнет тут изменой.
Почтительно склонив свои антенны,
За нами только спутники следят.
В саду вершин растет одна гора,
Которая всех выше и прекрасней.
И потому, что путь туда опасней,
На эту гору выйти нам пора!
А путь наш чист, а путь не близок -
На гребни гор, на полюса.
Есть человеку вечный вызов
В горах, в морях и в небесах. 

Зачем?[править]

@almatyalp @ Ущелье Туюк-Су. Анастасия Суслова. Ледовые занятия у новичков 27.06.2020

Подъем в 4 утра. Зачем? Сборы в полусне: флиска, пуховка, ещё одна, дождевик, баф, ещё один, перчатки, ещё одни, варежки - мало ли?, штаны, ещё одни штаны, ногами утрамбовать рюкзак, запихать перекус и термосы с чаем и кофе. Зачем? Приехать в лагерь, встретить сонную команду и красивого кота, пойти к леднику. Туман, красиво, через час будет уже тяжело, потом очень тяжело, потом капец как тяжело - смотреть в спины моей суперской спортивной команды, сопеть, злиться на слабость, думать - ещё два метра вверх и я развернусь домой, но упрямо переться в гору. Зачем? Дойти до альпинграда, попасть в снегоград с ветром, раздать половину одежды - о, рюкзак стал полегче. Живем) скользить по присыпанной снегом сыпухе, забиться в домик на озере всей толпой, дружно слопать все запасы всей еды) выйти на холод, поймать ощущение высоты (как после 100гр виски на голодный желудок - забавненько), пойти к леднику, привязать кошки, путаться в обвязке, звенеть карабинами щурясь от ветра и снега в лицо. Зачем? Дойти до ледника, скрести лёд, крутить бур, радоваться - прималофт вещь! Не холодно) встать, слушать инструктора, фотать друг друга, ржать (есть и смеяться - мы вот для этого собираемся, кажется). Посмотреть в сторону города и перестать дышать от восторга, от этого сизо-белого великолепия, которое нам устроили облака и солнце. Услышать с нескольких сторон «вааааууу» и спокойное инструкторское - вот вам награда за страдания. И вопрос «зачем» больше никогда не появится в моей голове, потому что такая непостижимая, нечеловеческая, нереальная красота искупает все трудности, обнуляет их полностью. И то чувство, когда вокруг такие же психи, которые через дождь и снег наверх стиснув зубы от холода ползут и тоже замирают от красивого вида... это какой-то совершенно особенный, очень ценный вид абсолютного счастья. Такой день, что аж плакать хочется от радости и благодарности, что я&мы есть и у нас все это сегодня было! @almatyalp - это несомненно лучшее, что может с тобой случиться - 100500 тонн чистой радости) а наш поток это прям ...!

Случай на пике Партизан. Ираида Георгиевна Важнина.[править]

В 1949 году Ираида Георгиевна, тогда двадцатилетняя студентка Института физкультуры была слушателем Школы Инструктов альпинизма в Горельнике. Участники школы совершали восхождение на п.Партизан. Врач осталась на месте ночевки, а вся группа 6 или 8 человек во время восхождения почувствовали признаки отравления. Дошли до горловины. Разрыв между участниками увеличился. Ира чувствовала себя неважно и оказалась в нижней части кулуара. Верхние – П.Черкасов и А.Ромахов, пересекая кулуар нечаянно вызвали камнепад. Камни полетели на нижних, один из камней, катившихся на Важнину смог отбить рукой Фуат Мансуров, волейболист и будущий всемирно известный дирижер. Камень рассек ему руку. А другой небольшой камень, свалившийся под собственным весом попал ей по голове. Была небольшая ранка, но камень рассек по-видимому значительный кровеносный сосуд и сильно кровоточил. Восхождение прекратили и Ромахов, замещавший врача, спустился к пострадавшей. Сняв с нее олимпийку – немецкую трофейную кепочку с козырьком, восходители пришли в ужас, увидев, что все залито кровью. Стали собирать у участников платочки, пытаясь остановить кровь. Потом платочки собрали, положили в консервную банку, написали записку – Тур Иры Важниной и завалили камнями. Поставили ее между двумя ребятами и начали спуск. Врач, почувствовав неладное, пошла навстречу и потребовала нести пострадавшую на руках. Но Ираида Георгиевна воспротивилась. Когда спустились в лагерь на леднике Туюксу (это была постоянная база алматинских альпинистов – хижина с большим котлом. Они называли ее «Баня» и иногда использовали по назначению, чтобы помыться.) врач сделала ей «шапочку Гиппократа», полностью забинтовав голову и несмотря на уверения, что она в порядке, Виктор Николаевич Неаронский, начуч Горельника, заставил ее спуститься с ледника домой. Сопровождения не дали. А дома стало известно, что случилось несчастье и ее уже не чаяли увидеть в живых. Когда она появилась в Талгаре на мостике, сестра закричала: «Да вон же она, партизанка, идет живая! Только голова перевязана».

Этот случай сыграл в жизни И.Г. печальную роль. Она пропустила стажировку на звание инструктора. Заметила, что ее перестали брать на восхождения, заставляя быть наблюдателем, что было не только не интересно, но и страшно. Ходили слухи, что в горах прячутся дезертиры. И главное, она не попала на сессию в институте, и ее отчислили, она лишилась стипендии - единственного источника ее существования. Восстановиться можно было, но без стипендии выжить было невозможно. Дома ей помочь ничем не могли.

 По рассказам  отца всем переселенцам (Важнины из Сибири) на каждого члена семьи выделялась земля, поэтому жили хорошо – пшеница, кукуруза. Все свое. Была лошадь, корова, птица. Но пришла коллективизация  и  всех заставили вступить в колхозы, коммуны. Вновь приехавшие, ничего не имевшие, шли туда охотно, а люди, имевшие свое хозяйство вынуждены были отдать в коммуну все. Туда забрали  все – птицу, скот. Землю. Забрали даже дом.  Другой дом потом выделили, но все хозяйство пропало.  Перед войной умер отец,  и для семьи настало очень тяжелое время.
 

Девчонки из общежития Физкультурного института узнавали, где можно пораньше отоварить талоны на питание и бегали на Пугасов мост, где можно было взять хлеб на три дня раньше. Не думая, как будут жить дальше. Так однажды получилось, что И.Г. жила на воде три дня и начала опухать от голода. Спасла ее двоюродная сестра, увидев сильно «поправившуюся» Иру. В институте пришлось перевестись на заочное отделение и пойти работать преподавателем физкультуры в 21 женскую школу на Алма-Ате 1. «Физруками» во всех школах были бывшие фронтовики, которые, конечно, не имели специального образования. В школе она проработала четыре года, продолжая заниматься альпинизмом и скалолазанием. В 1952 году она заняла первое место по скалолазанию в Владикавказе, в районе Военно-Грузинской дороги на на соревнованиях Центрального Совета «Локомотив», а через неделю приняла участие во всесоюзных соревнованиях ВЦСПС в Ялте. Как преподавателю физкультуры пришлось также заниматься в своем обществе лыжными гонками, а потом горнолыжным спортом, где Ираида Георгиевна добилась больших успехов, участвовала в союзных соревнованиях, а потом много лет ставила ребят на горные лыжи и готовила к соревнованиям.

Сейчас Ираиде Георгиевне 93 года. Она обладает потрясающей памятью. Интересуется всеми новостями в альпинизме. Очень обрадовалась, созданной Адой Молгачевой Школе альпинизма в Алматы, восхищается ее работой и желает ей успехов в этом благородном деле, а Школе альпинизма существовать, как можно успешнее! Пытается сохранить воспоминания о своей жизни, потихоньку набирая их на компьютере. Изредка она наслаждается общением по интернету с внуками и правнуками. Здоровья Вам, Ираида Георгиевна! Тамара Постникова 10.11.2021г.

История Эдельвейса. Александр Севернюк[править]

Когда поднимаешься на Туюксу, чуть выше Сухого лога, справа от дороги есть место, где стоял знаменитый «Эдельвейс». Сейчас ничего не напоминает о его существовании, а в 80-е годы прошлого века «Эдельвейс» был очень популярным местом народной горной тусовки. Создавали его архитекторы - любители горных лыж, а посещали в любое время суток все горные люди: туристы, альпинисты, лавинщики, гляциологи, горнолыжники. Зашедший сюда путник мог всегда рассчитывать на гостеприимство, кружку чая или стакан вина. Очень живописное было место во всех отношениях будь то природа, люди, архитектура или мероприятия. К сожалению, в середине 80-х «Эдельвейс» власти буквально сравняли с землёй. А было это так. В 1985 или 1986 году (точно не помню) в Алма-Ате проводился какой-то международный геофизический форум. Иностранные учёные должны были в рамках форума участвовать в мероприятиях на леднике Туюксу. Ну и, как тогда было положено, всю дорогу до ледника решило проконтролировать КГБ на предмет всяких там возможных шпионских утечек информации. Кгбшный автомобиль приближался к плотине Мынжилки и, когда он поравнялся с ней, сотрудники ведомства с ужасом обнаружили прямо на дороге танк. Он был без боевой башни и пушки, но на ходу и, почему-то, с автомобильным номером на броне. По свежему следу и блестящим тракам было очевидно, что он передвигался не раньше, чем пару дней назад. И это накануне международного мероприятия и на дороге, по которой через неделю должны были подниматься иностранцы минимум из 40 стран. Сотрудники действовали оперативно и решительно. Уже к вечеру на Мынжилки поднялись три бульдозера. Они столкнули танк с дороги и нагребли бруствер вокруг него. Теперь взгляд идущих и едущих по дороге не смущало наличие боевой техники.

Утром на место прибыло начальство сотрудников проконтролировать исполнение. Работа бульдозеристов проверяющим понравилась и вся кавалькада вместе с полковником и бульдозерами двинулась вниз на Медео. В районе лавинного лотка перед Сухим логом один из сотрудников, майор, заметил легкий дымок. Из леса выглядывала крыша какого-то строения. Он быстро спустился к строению и обнаружил ещё несколько разнообразных домиков среди ёлок. Он проверил этот квадрат местности по секретным картам Генштаба СССР масштаба 1:10000. Никаких строений на карте здесь не было. Грохот бульдозеров приближался… Так пал «Эдельвейс». Но не его легендарные обитатели. Александр Севернюк 2020u/

Сгорел вагончик АДК. Виктор Михин.[править]

Этот вагончик, который сгорел в Туюксу, имеет огромную историю.

Где-то в 1975г он был установлен на месте сегодняшнего, недействующего, кафе "ворота Туюксу". Там же, по соседству, встали ещё два вагончика Химмаш и Политех. Все три вагончика были альпинисткими и жили дружно. Отсюда ходили на восхождения, уезжали на сборы, на соревнования. Здесь же праздновали дни рождения, Новый год, поминали погибших товарищей. В вагончике АДК было своё электричество (на месте старого альплагеря Туюксу, ниже бани, был установлен дизель).

В 90-е годы, когда стали торговать землёй, новые хозяева попросили съехать с насиженных мест. Мы договорились, что перенесем вагончик на край, купленного новыми хозяевами участка. Переезд был тяжёлым в дождь с нагруженным скарбом. Место под ёлкой выбрал Ю.Калабаев.

На этом месте с хозяевами жили дружно и жизнь продолжалась. Вагончик, впоследствии, оформили под домик. Продолжались восхождения, всегда гостей был полон дом. Два года назад появился новый арендатор и попросил удалиться. Все уговоры, что мы не мешаем и пр.пр.были безрезультатны. Они стали переделывать всё внутри, и вот итог их работы.

Может быть когда-нибудь история этого вагончика опишется подробно, ведь ему было почти полвека, а сколько людей там перебывало, сколько поколений(детей) там начинали свою жизнь. Этот вагончик воспринимается как живой организм. Печально, что так, с пожаром закончилась история этого вагончика. Печально, что на его жизненном пути встретились чёрствые люди.

Написал коряво, скомкано, на эмоции, но все ещё подробности впереди.

Моя дочь сказала:"Горит история", и она права.

Виктор Михин 15.10.2020

Рассказ (с видео) Баглана Жунусова о том, как его сын выжил в канадских горах.[править]

"Решил поделиться с вами одной интересной историей, которая в действительности показывает, что очень важно изучать и проходить подготовку по технике безопасности перед отправлением в горы, так как никто не может вам точно сказать, что вас там ждет!" Баглан Жунусов. 

… можно начать с того что сын у меня занимается фрирайдом на сноуборде и абсолютно не любит канатные дороги. Лазит по горам. Однажды я увидел, когда он листал эти маленькие фрирайдовские эпизоды, и я сказал, а ты знаешь, что за этими 15-секундными эпизодами, за 15- секундным кадром этих вот успешных съездов – там несколько трупов, куча пересъемок, что это реально опасно. И горы – это реально опасная вещь. Он отвечает, - да я все это знаю... – Что ты знаешь? Ты просто "чайник" в горах. Ты знаешь, что такое лавина? Ты знаешь есть такие опасности. Начинаю всё рассказывать. И как-то я увидел в его глазах, он согласился. - Ты знаешь, давай пройди курс «молодого бойца» в альплагере, ты пройдёшь все этапы, то есть это - лавиноопасности, опасности в горах, как заходить (на гору), то есть как со снаряжением работать.

Он выполняет третий спортивный разряд буквально за три или четыре месяца от этого случая. Я считаю это было таким как бы провидением, что я нашел слова для сына. Сыновья очень плохо слушают этих своих отцов. Когда я увидел, что он прошел этот курс, он его реально прошел. В феврале он уезжает в Канаду, в канадских горах. И тут мне присылает сообщение моя дочь. «Папа, тут случилось невероятное. Арслан уже больше 12 часов (не выходит на связь)», короче, он пропал без вести. Я, конечно, очень сильно заволновался, начал звонить во все там федерации, по всем каналам. Мне сказали – все, не беспокойтесь, он все грамотно сделал, он подал Сигнал бедствия. Мы сейчас к нему не можем, потому что сейчас лавина сойдет. - Такая была информация и больше ничего. Оставалось только ждать.. ждать и верить, что он все сделал правильно. Конечно, как отец, я волновался. Но потом, уже по новостям, он стал звездой канадского телевидения. Короче там, как оказалось, в тот день пропали два китайца или три. И общественные Спасатели начали там квадратно-гнездовым методом искать. И по сути он сделал всё грамотно. Он попал на лавиноопасный склон, понял, что после обеда лавина может сойти, он подал сигнал SOS, после этого сказал, что у него телефон разрядился, он его даже потерял. Вот он успел послать этот сигнал, где он находится, со своими координатами. Вырыл пещеру, провел там всю ночь, до утра. Утром, - он сказал - выложил сигнал SOS - крест. И вертолет. На самом деле, до цивилизации там было 10-15 минут вертолетом. Находился, на самом деле, не так далеко, но это был лавиноопасный склон. Разницы нет, лавина она ни по времени, никак ничего не разбирает.

И вот он меня вызывает, я говорю - Ну что, как ты там в пещере? - Он говорит - "Все было классно. Я вырыл пещеру, положил сноуборд, положил туда свои правильные вещи, как учили, сделал правильную одежду, перепаковался, и спокойно в пещере переночевал. Утром прилетел вертолет. Я прилетаю, а там куча репортеров. Все – как Вы выжили?" - Там куча mortality. Можно посмотреть видео, где Спасатели, такие суровые дядьки говорят - там столько трупов было, и мы думали всё, мы думали так, что это реально было.

(На телевидении) это звучало так: 20-летний сноубордер из Казахстана выжил в канадских горах. И это реально было бомбой, потому что это для телевидения и для спасателей тоже. Сам он сказал самую главную вещь, что "я понял - с горами шутить нельзя и мне эта подготовка помогла". Баглан Жунусов. 8 сентября 2020г.

Сборная Буревестника. Вспоминает Е.Ильинский[править]

В 1967 году в экспедиции Рацека (ТуркВО) шли траверс через вершину 6852 м.( Москва-Пекин (Ныне пик Жукова)) и Ленина. В составе восходителей, кроме наших ребят был заслуженный и уже пожилой Семен Игнатьевич Артюхин.

Эрик был в связке с Игорем Кондрашовым, между ними шел С.И.Артюхин. Увидев, как смело ребята действуют на скальных участках, Семен Игнатьевич попросил Эрика идти по скалам осторожнее и аккуратнее страховаться. «У меня две дочери» - предупредил он. Эрик старался выполнить просьбу, закладывал веревку за выступы, шел аккуратно, но, иногда увлекался и чувствовал, что его притормаживают. Оглянувшись видел, как Семен Игнатьевич показывал ему – две, две дочери! ...

"Сидим в Джиргатале, ждем вертолет. В большой палатке военные песни поет Клавдия Шульженко. Саня Дзарахохов, Валентин Макаров меняют пластинки. Вдруг заходит Рацек. «О, ребята, как у вас здорово! Можно послушать?». "Владимир Иосифович, пожалуйста" - усадили. Тут Саня не растерялся, и торжественно преподнес граммофон вместе со всеми пластинками Рацеку.

Эрик рассказывает:  «Граммофонов у меня было несколько.  Потом, когда  переселяли из дома, кто-то вскрыл сарай и все выбросил на помойку. Жалко, конечно. Как без граммофона?

... У нас к тому времени все было переписано на магнитофон. Был такой маленький магнитофон «Весна». В том числе кто-то туда записал прилет вертолета. Сидим на Северном Иныльчеке, ждем вертолет. Идти никуда нельзя, вдруг прилетит. Продуктов нет совсем. Все в унынии лежат по палаткам. Вдруг кто-нибудь врубает на магнитофоне звук вертолета. Все начинают прислушиваться, звук все громче. Кто-нибудь не выдерживает, выскакивает из палатки с воздетыми вверх руками и орет, что было мочи: «Вертолееееет!». Все развлекаются.

Однажды из холодильной кладовой на леднике пропал большой кусок сливочного масла. Куда подевалось масло? Еды нет совсем. Смотрю – у Игоревой черной собачки Кудлы, кроме глаз, подозрительно блестит на морде шестка. Кудла сперла масло! Игорь Кондрашев ни в какую не верит. Не может быть, такая приличная собака. (Но ведь тоже голодает!). Наконец прилетел вертолет! Мчится к вертолету Кудла, в зубах тащит крошечный остаток сливочного масла.»

1971. Рассказ Николая Хребтова о спуске с Талгара[править]

Сразу оговорюсь: сей литературный подвиг совершен по просьбе  Тамары Николаевны Постниковой – моего первого и незабвенного  тренера.

Как маленькие дети многократно и с удовольствием слушают на ночь сказку о Красной шапочке и сером волке, так и мы, начинающие альпинисты, заслушивались историями матерых восходителей о разнообразный случаях, происходивших с ними во время восхождений, и думали, когда же и с нами случатся такие захватывающие дух истории.

И вот спустя некоторое время, когда мы из новичков и значков превратились в гордых собой разрядников, мечты начали сбываться. Год 1971. Уже перворазрядники, мы совершаем восхождение на главную вершину Талгара по западной стене (5Б). Нас четверо: Вадик Смирнов (руководитель), Эрик Ильинский, Коля Иванов и я, Хребтов Николай, в просторечии Хребтуша. Погода не балует – холодно, ветрено и облачно. Восхождение совершено, и мы спускаемся по склону Инь Тау на перемычку. С удовольствием глиссируем по жесткому фирну и чувствуем себя горнолыжниками, хотя на горных лыжах никто толком еще и не стоял. И вот, наконец, перемычка. Облачность усиливается, температура падает, по-прежнему ветрено. Но мы уже в предчувствии спуска в альплагерь, сытного обеда и тепла. Я делюсь со всеми своей голубой мечтой: после обеда постелю себе два матраца, накроюсь третьим и просплю сутки.

Надо спускаться вниз. Поскольку я недавно ходил на Копр, Эрик говорит: тебе и карты в руки. Видимость уже нулевая, но не могу же я опростоволоситься перед шефом и командой, и, немного подумав, решаю – вроде здесь, а может, и нет, ну да ладно, Эрик закрепляет конец веревки на вбитом в снег ледорубе, я выбираю свободную веревку и ухожу за перегиб. Чем дальше вниз, тем круче стенка, и возникают первые сомнения – здесь ли спуск,- но назад уже поздно. Спустившись на все сорок метров, вырубаю лохань для приема остальных, забиваю самый надежный ледовый крюк – «морковку» и сообщаю остальным: страховка готова! По готовым перилам спускается Коля Иванов. С сомнением смотрит вверх и спрашивает: «А как же Эрик?!». «На передних зубьях…» - не совсем уверенно отвечаю я. Кошки у нас абалаковские, и зубьев передних там нет, вернее, они есть, но смотрят, как и все десять, - вниз. Зато ремни для крепления классные и после того, как ремни затянуты напрочь, через час «передние» пальцы ног совершенно отмерзают.( Справка. Может быть передних зубьев на абалаковских кошках и нет, но передние пальцы ног точно есть, поскольку они отмерзают в первую очередь).

Спускается Вадик, с сомнением смотрит на спуск и задает тот же вопрос - а как же Эрик? «На передних зубьях», - отвечаем мы с Ивановым, но уже с большим сомнением. Ждем, когда же, наконец, спустится Эрик на передних зубьях. Над перегибом появляется его голова, что-то кричит, но ветер уже такой, что ничего не слышно. Голова исчезает, и мы ждем. Проходит десять минут, двадцать, полчаса… мы уже замерзаем, так что нас колотит о ледовую стенку, и наконец, понимаем, что пора выгребать наверх.

Первым уходит Вадик – он у нас самый техничный и легкий. Ушел на стременах – по-другому не получится. Через пятнадцать минут моя очередь. Вяжу схватывающий (жумаров еще не было), пытаюсь подняться, но узел проскальзывает - веревка обледенела. Вяжу полуторный схватывающий… , Бахмана – ничего не держит. Вспоминаю, как будучи в Ала-Арче, ребята показали мне итальянский схватывающий. Это последняя надежда… и она оправдалась. Поднимаюсь вверх на стременах. Петрович, он же Коля Иванов, стуча всеми костями, попросил: – вытаскивайте меня на веревке – ни на какие стремена сил уже нет… Наконец, поднимаюсь на перемычку. Вижу: на вбитом в снег ледорубе совсем окоченевший лежит Эрик. Вадик готовит площадку под палатку. Втроем дружно и весело тащим на веревке Иванова. Тащим, прилагая максимум усилий, и не потому, что боимся за Петровича, а потому, что надо погреться. Вот и Коля – нос разбит о ледовый склон, морда поцарапана. Просто он не успевал упереться ногами в стенку, когда мы делали очередной рывок, и он впечатывался физиономией в склон. Но это ерунда – мы спасены !!! Чайник кипит, спальники расстелены. Как все-таки уютно и комфортно за этой тонкой тканевой стенкой.

Утром растянуло, и мы увидели, что наш спуск вел в ледовые сбросы. Через пару, тройку часов мы в лагере .В лагере пусто – пересмена. Остался только начальник лагеря и Сан Палыч Колегов (выпускающий)- подпольная кличка «капитан Немо». Это потому, что как только надо выпускаться на восхождение, он исчезает, и найти его можно с превеликим трудом. Моя голубая мечта о трех матрацах сбылась частично – хватило и двух со спальником. Какая это благодать – спать на мягком и в тепле!!!

Прочтя этот литературный опус, мой хороший знакомый и друг Никитич ( он же «Снежный барс» и Мастер спорта всего Советского Союза) спросил – а в чем же мораль? А мораль, Никитич, в том, что «…когда мы были молодые и чушь прекрасную несли», если бы у нас не было на момент восхождения определенного опыта, а были бы мы какими–то значкистами или третьеразрядниками, стояли бы в это ледовой лохани и по сей день. Но в тот день мы поняли,  - мы уже не салаги и кое-что можем. И конечно же, гордились этим.

Вот появились, наконец, и у нас свои байки, и слушающие их с раскрытыми ртами желторотые новички.

Об этих событиях сохранилась запись в книжке альпиниста и она мне дорога, как и все остальные записи.

3.02.2021г. Хребтов Н.П.

Олег Маликов. Дневник Ергали Рыспаева[править]

Место трагедии 1955г. на п.В.Победа 6800 м. Фото В.Н.Хрищатого в 1988г.

В 1990 году, когда мы проходили это место трагедии, совершая траверс пиков Победа – Хан-Тенгри, Валерий Хрищатый рассказал и показал, где стояли палатки (казахстанской экспедиции на пик Победа) 1955 года. Сборная команда СССР по альпинизму, совершая траверс пиков Победа – Военных Топографов в 1988 году, провела уборку места трагедии.

1988г. В.Хрищатый нашел дневник Ергали Рыспаева, участника экспедиции 1955г.

Валерий Хрищатый сам вел дневники спортивных событий, в которых принимал участие. И очень серьезно относился к письменным документам, подобного рода. Из рассказов Урала Усенова он знал, что Ергали Рыспаев вел дневник экспедиции. И оказавшись на месте трагедии, 33 года спустя, хотел найти этот дневник. Он предупредил всех участников команды о своих намерениях. И после того, как он нашел дневник в одной из палаток, дал «добро» на уборку. Сборная команда СССР по альпинизму собрала, вырубив изо льда, все снаряжение, одежду, посуду на месте трагедии и сбросила это на северную стену пика Восточная Победа, на территорию СССР. '

Даешь Туюк-Су![править]

Из истории альпклуба Уральского политеха:Юрий Дмитриевич Силуков, ветеран войны и труда, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники России, Почетный работник высшего профессионального образования РФ, Почетный дорожник России, Почетный работник Уральского государственного лесотехнического университета (УГЛТУ), академик РАЕН.

1946 год. Мы – студенты Уральского политехнического института, только что сдали очередную летнюю сессию и готовились к трудовому семестру. Все шло своим чередом. Ничто не нарушало привычный ритм нашей студенческой жизни. И… вдруг, совершенно неожиданно, руководство института предложило нам поехать в горы на Тянь-Шань, в альпинистский лагерь «Металлург». «А Вы, товарищ Силуков, как возглавляющий спортивную работу в студенческом профкоме, отвечаете за каждого головой. Ваша задача, чтобы все вернулись здоровыми и невредимыми и получили высокое звание «Альпинист СССР».

«До Алма-Аты добирались через Новосибирск на «пятьсот – веселом». Так называли товарные поезда, на которых вместо грузов перевозили людей. В Новосибирске на вокзале спали на полу – на скамейках мест не хватало. Ждали, пока сформируют состав на Алма-Ату. Вагонов не хватало. Чтобы купить билет, надо было предъявить справку о прохождении санобработки: помывка в бане, прожарка белья. Билеты купили, но, конечно, без указания номера вагона. С посадкой спешить не стали, выбрали комфортный, что с палатями (опыт – вещь полезная). Турксиб и товарный для пассажиров – мало совместимы! Вверху - раскаленное рыжее солнце, внизу – раскаленный, все прожигающий рыжий песок. На станциях еды не купишь, да и вода не на каждой станции. При этом было непонятно, чем поезд занимался больше – ехал или стоял.

Однако до Алма-Аты он нас все-таки довез. На вокзале ожидало «такси» - ослики, запряженные в двухколесные тележки. Дождались, пока такси «заправилось», навалили на тележку свои рюкзаки, не веря, что она тронется. Тронулась, и довольно ходко. По городу шли с широко открытыми глазами. Удивляло все: арыки с водой, обилие фруктовых деревьев, часть из которых нависала над тротуаром, торговля прямо на улицах едой с громким зазыванием покупателей, курлыкание горлиц и крик местных скворцов.

На окраине города нас встретил представитель альплагеря и повел будущих альпинистов по направлению к горам. Перед подъемом ослика разгрузили, рюкзаки надели на себя и стали подниматься по тропе навстречу неизвестности и новым испытаниям. Поднимались довольно долго. На второй день нам выдали отриконенные ботинки, ватные спальные мешки, черную рубашку, спортивные шаровары. Жили в палатках. Кормили сытно, вкусно и хорошо, что даже удивляло, учитывая тяжелое послевоенное время»... Наставником наших начинающих альпинистов был Ф.(Федор) Лемстрем (Ленинград), которого Юрий Дмитриевич вспоминает с благодарностью. Пройдя традиционную практическую и теоретическую подготовку, отряд новичков отправился на зачетное восхождение."

Юрий Дмитриевич не вспомнил названия вершины и только под большим нажимом приоткрыл часть тайны, которую обещал спецтоварищам хранить всю жизнь. "Нам стало ясно, что вершина была «нетрадиционной» для завершения подготовки на значок «Альпинист СССР», очень далеко расположенная, добираясь до нее отряд преодолевал и подъемы по перилам, и спуски дюльфером. Группу сопровождали «двое в штатском». При выходе на вершину альпинисты увидели спешно покидающих ее людей (предположительно китайцев), а на предвершинном склоне – оборудованный под жилье барак и постройку со взрывчатым веществом. Разведя костер, новоиспеченные альпинисты издалека швыряли в него это самое вещество, наслаждаясь ночным фейерверком. Недалеко от барака была складирована какая-то руда. Знающие рассказали, что во время войны альпинисты в рюкзаках переносили ее к дороге, откуда отвозили автотранспортом".

Тамара Постникова. На пик Комсомола в последний раз (в 74 года)[править]

После того, как согласно европейским нормам, сделали бесплатными катание и канатку на Чимбулаке, бывшие спортсмены Алматы вдохновились. Кататься стали все! Друзья уговорили меня попробовать тоже. В январе 2014 года я взяла в прокате лыжи и с приятелями отправилась на Чимбулак. Впервые в жизни съехав успешно раза три на бугеле, беспечно решилась на приглашение спуститься с Талгарского перевала. С перевала меня разнесло. Я въехала в снег, упала и повредила колено. Спасатели с ветерком спустили меня вниз. Для меня горные лыжи окончились… Слегка подлечившись, стала ездить с приятелями снова и, пока они катались, ходила на Чимбулачку. Однажды в марте, сидя на солнышке наверху разглядела ниточку тропы, протоптанной в снегу посередине морены в сторону ледника Богдановича. Когда-то мы там тоже топтали снег! Сходить на пик Комсомола! Безопасно! Минуя лавиноопасный гребень и заваленные снегом крутые увалы за озерком! В следующий раз уже не лезла на гору, а топтала едва прощупываемую тропу. Она шла примерно полкилометра, оканчивалась симпатичной площадкой, на которой стояли две нарядных лыжных палки.

Наконец, набрала в поисковике – «Алматы. Сходить с гидом на восхождение». Выбрала первое попавшееся. И написала свои условия: главное – две ночевки. Одна перед восхождением, другая – после. Увы! Время попросила – конец марта, пока был хороший прогноз погоды.

Ответ был неутешительный – гид мог идти только в начале апреля, потому что уезжал на Или на скалы. В начале апреля намечалась непогода. Решимости искать другого гида у меня уже не было. Надо ждать. Посмотрела в интернете и насторожилась фразой – «хожу в горы на кофе и печеньках»? Еще чего! Неужели вегетарианец?! С вегетарианцами я еще не сталкивалась. И вообще, как советский пионер и бывшая комсомолка не верю ни в бога, ни в вегетарианство, ни в какие другие излишества. Позвонила другу, он сказал, что парень нормальный, сделает все как надо. Наколотила орехов, перед выходом попыталась что-то испечь, но даже в тесто не решилась добавить молоко, яйца или сливочное масло. Еще несколько раз топтала свою тропу, которую засыпал снег и заносил ветер. 30 марта гид вернулся и 31 те же приятели подвезли меня к канатке в Медео. На лестнице сидел лысый худой парень с потрясающе синими глазами и металлическими серьгами в ухе... Приятели недоверчиво предупредили его о последствиях и ушли. В кабинке канатки я попросила называть его на «ты», отдала деньги и восхождение началось.

Спускаясь за мной по лыжной трассе за перевалом, гид сказал - «Нам направо». В снегу направо был виден одиночный след: снег был очень глубокий. Наступил мой звездный час! Не останавливаясь, я ответила – «Неет. Мы туда не пойдем… Нам главное что? Безаварийность!»

Гид послушно свернул на тропу. Она была довольно удобная, но не длинная. Лыжные палки так же стояли на своем месте. Дальше он пошел топтать еще с километр по морене. На леднике было очень хорошо, свежего снега не больше 5 сантиметров, и мы легко дошли до поворота. Идти на морену на ночевку отказалась, и мы пошли вверх на обычную стоянку, в конце я отстала и он, вернувшись, забрал у меня рюкзак. Утром, поднимаясь на перевал, все смотрела на Карлытау, и вдруг мне показалось, что видна кромка карниза. Сначала не поверила, но так и есть! Значит перевал совсем близко. Перевал, на котором я не была много лет. Это была настоящая радость! Зато подход под маршрут показался бесконечным. До этого мы с Зайрой Сыздыковой активно ходили в спортивный комплекс SKALA, где ветераны могут бесплатно лазать сколько угодно, и за лазанье я не боялась, хотя под взглядом гида в тяжелой одежде чувствовала себя неловко. С вершины увидела обещанную непогоду над городом, у нас же погода была прекрасная. Панорама тоже! Здорово! На спуске гид предложил спустить меня на веревке, я было отказалась, но потом подумала – почему бы и нет? Позднее пожалела, что спустилась не лазаньем, но так получилось. Оказалось, что гид спускался без страховки, причем с тяжелым рюкзаком, который меня очень удивлял. До палатки дошла с трудом, камни под ногами двоились, ноги болели. Утром я ушла, а он стал собирать лагерь, и в конце ледника пришлось ждать довольно долго, не понимая, что случилось. Наконец, он подошел. Сказал, что полный котелок воды за ночь замерз, и ему пришлось все распаковать и развести примус. Потихоньку мы по своим следам дошли до канатки, она уже работала. Восхождение завершилось!

В 1961 году пик Комсомола был первой вершиной, на которую я, не имея на то права, в состоянии абсолютной эйфории, поднялась в связке с Сарымом Кудериным. После того много раз поднималась на него по всем маршрутам, и вот через пятьдесят с лишним лет я сделала это в последний раз. Спасибо гиду, ставшему хорошим другом! 23.01.2021

Милая моя. Юрий Визбор.[править]

Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены,
Тих и печален ручей у янтарной сосны,
Пеплом несмелым подёрнулись угли костра,
Вот и окончилось всё — расставаться пора.
Милая моя,
Cолнышко лесное,
Где, в каких краях
Встретишься со мною?
Крылья сложили палатки — их кончен полёт,
Крылья расправил искатель разлук — самолёт,
И потихонечку пятится трап от крыла,
Вот уж действительно пропасть меж нами легла.
Не утешайте меня, мне слова не нужны,
Мне б отыскать тот ручей у янтарной сосны,
Вдруг сквозь туман там краснеет кусочек огня,
Вдруг у огня ожидают, представьте, меня!
Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены,
Тих и печален ручей у янтарной сосны,
Пеплом несмелым подёрнулись угли костра,
Вот и окончилось всё — расставаться пора.