Татьяна Кан
Надежда Владимировна Боброва: У Шамиля (Шамиль Габиддулович Мусин, Караганда) было одно условие – не пропускать тренировки, работать на совесть. Тренировалась я вместе с Таней Кан, которая впоследствии стала абсолютной чемпионкой Союза по скалолазанию. На тот момент ей не хватало рейтинга, т.е. ещё один раз нужно было показать очень высокий результат. Я тоже приблизилась к получению звания МС, мне не хватало баллов, нужно было участие в чемпионате Союза. Мы обе были заинтересованы хорошо подготовиться к следующему сезону, и Шамиль взялся с нами заниматься. Мы встречались на лодочной станции в парке, жили мы недалеко и успевали на тренировки после работы. У Шамиля была своя программа подготовки, которой он строго придерживался. Программа сводилась к постоянному наращиванию нагрузок, и это несмотря на то, что была зима, стояли холода. Тренировки проходили 4 раза в неделю по продолжительности не менее двух часов, это большая нагрузка. Сначала разминочный бег, а потом Шамиль мог сделать спортивный снаряд буквально из любой палки, которая встречалась на пути. Он поднимал эту палку, мы с ним держали её, а Таня на ней отжималась. Потом он и Таня держали - я отжималась, переворачивались и подтягивались на ней. Бежали дальше, находили железную стелу или какую-то другую металлическую конструкцию: нужно было залезть на эту конструкцию и спуститься. Если учесть, что это было холодной зимой, мороз и ветер, мы были тепло одеты, то это было совсем непросто. Так было на протяжении всей тренировки: любая палка, лавочка, какие-то скульптуры – всё служило нам снарядами для тренировок. Очень часто мы занимались, а рядом стоял патруль милиции - они не могли понять, что мы тут делаем. Шамиль говорил: - Нет-нет, мы не хулиганим! Всё нормально. Они полтренировки за нами ходили, а потом перестали на нас обращать внимание. Ну, а потом бег - он вырабатывает выносливость и скоростную выносливость, что в альпинизме и скалолазании очень важно. И скалолазам, и альпинистам нужны длительные скоростные нагрузки, потому что часто приходится испытывать рваные нагрузки: допустим, верёвку надо очень быстро пройти, а потом долго стоять на страховке, т.е. нужно максимально выложиться на этой верёвке, а потом уже восстановить дыхание. Причём, ты приходишь и продолжаешь работать. Шамиль учил нас отдыхать во время движения. Например, бежишь и немного темп уменьшаешь, а из-за этого совсем другой ритм дыхания и дыхание восстанавливается. У него ещё было потрясающее чувство юмора: он, например, мог сказать: - Всё, в субботу отработаем, а в воскресенье отдыхаем, сходим вот только на Курминку! Мы с Таней, как две послушные ученицы: Курминка, так Курминка! 25км! И вот мы пешком идём на Курминку, лазаем по скалам - там есть сложный участок с отрицательным уклоном, а с другой стороны простой скальный склон, мы на этом склоне тренируемся. Назад, правда, едем автобусом. Такой был у нас отдых. Зато и результаты были очень хорошие на следующий год после этих тренировок Шамиля: и Таня, и я получили звание МС. Редко кто может так талантливо проводить тренировки, во всяком случае, я не встречала. Я не умаляю достоинства других тренеров, но так, чтобы из каждой палки, из каждой железки сделать снаряд, на ходу придумать какое-то упражнение, и так в течение всей тренировки – в этом, безусловно, талант тренера! Причём, он подходил очень строго: мы с Таней вели дневник, где обязательно считали и записывали пульс - лёжа, сидя и стоя, он проверял. Обязательно ходили в физдиспансер, измеряли давление, слушали сердце. И за нашей диетой следил! Едем в Каркаралинск на сборы, весёлая компания за столом, я тянусь за булочкой - вдруг кто-то останавливает мою руку и говорит: - Булочку? Ты плохо подтягиваешься, а ещё булочку хочешь съесть, ты вообще не подтянешься! Я от булочки отказываюсь, сижу и жую огурец! Вот такой Шамиль, он требовал неукоснительного выполнения своих требований! Если он за что-то брался, то делал это очень качественно и со знанием дела. Он следил за нашим дыханием, обязательно следил, как мы одевались. Стояли морозы, а темпов тренировки он не снижал. Мы завязывали шарфы, чтоб холодным воздухом не обжечь дыхательные пути. Шарфы намокали от дыхания, но он говорил, что это ничего страшного, главное, что холодный морозный воздух не попадает напрямую в дыхательные пути. Мы с Таней часто вспоминаем год наших тренировок с Шамилем и много смеёмся - весёлый был год и очень плодотворный, причём, и у неё, и у меня был маленький ребёнок, мы работали, после работы забирали детей из садика и бегом на тренировку. После тренировки прибегали домой, конечно, мужья помогали нам. Мне мама ещё помогала. Но за нас не делали - уложить ребёнка спать, книжку ему перед сном почитать - это была моя святая обязанность. И ребёнок сидел и ждал, когда мать непутёвая прибежит с тренировки.
